Тари Кальпани
Vae Victus!
Едва отряд пересек огромные ворота самой Крепости, как половина воинов отстала, сочтя охрану излишней - куда денутся гости в самом сердце города, родовом гнезде химер? Здесь не было места людям, разве что, в качестве слуг, гостей или просителей... Всюду сновали кальпаны, занятые своими делами. Огромные стражники-гайсем в ало-белых гвардейских плащах поверх поверх налатников прятали улыбки в усах, поглядывая на изрядно притихших гостей. в лапах воинов хищно поблескивали полным набором выпощенных из древковой части крючковатых лезвий копья-сердцеловы - страшное оружие, раны от которого почти не поддавались излечению. проще было убить того несчастного, которому досталось таким копьем. Сразу, чтоб не мучился.
Лошади замедлили ход, а потом и вовсе остановились, едва возница увидел всадника, преградившего им путь.
Неподвижно восседавший на вороном жеребце химер, с ног до головы затянутый в черное, прямо-таки источал властность. Черноволосый, желтоглазый, с лицом аристократичным и слегка надменным, он выглядел лет на сорок, короткая бородка и усы только усиливали впечатление зрелости. Плащом ему служили черные перепончатые крылья, словно бы присыпанные сверху золотой пыльцой, а оный предмет гардероба кровянистого цвета небрежно свисал с левого плеча, и в складках ткани можно было разглядеть вышитую белым шелком оскаленную драконью морду. Холод, похоже, вовсе не беспокоил его...
Всадник смотрел на гостей с хорошо скрываемой неприязнью, а пальцы правой трехпалой руки ласкали небрежно черное с позолотой древко странного трехлезвийного копья - два искривленных длинных наконечника, как полагается, находились в боевой части, а одно высовывалось из тупого конца оружия. Химер, похоже, не замечал, что вообще держит его в руках - ласкал и поглаживал машинально.
Полукровки замерли и насторожились, походя на натянутую тетиву лука, человек, похоже, остался безучастен.
Всадник спешился, под когтями босых ног смачно хрустнул утоптанный снег. он обошел впряженную в сани лошадь, не выпуская копья, похлопал ее по крупу, равнодушно оглядел человека с ног до головы, покуда не найдя в нем ничего привлекательного, и уставился на парочку пристальным, почти змеиным взглядом. В особенности на вампира.
- По-хорошему, - процедил он сквозь зубы, - мне бы следовало тебя придушить прямо сейчас.
- Мы оба знаем, что не посмеешь, - так же тихо прошипел в ответ Каин сорванным голосом. Взгляды скрестились чуть ли не со шпажным звоном, казалось, еще немного - и посыплются искры.
Ума, прижавшаяся как можно плотнее к сородичу и иногда косившаяся на экскорт тихо проговорила:
- Да нас и душить не нужно, сами едва не умерли ... раза этак три.
- Из-за тебя он снова едва не слег с инфарктом, мальчишка, - льдисто прошипел крылатый, но копье убрал. Взгляд холодных желтых глаз оценивающе скользнул по девушке, пробежался еще раз по человеку. - Этих двоих - сию секунду в тронный зал, пока у Владыки есть время. Человека - в гостевую, и на диету дня на три. Мало ли, какая зараза в нем сидит...
дальнейшее путешествие проходило пешком. Великокняжий дворец - убранное резным узорочьем чудо из камня и дерева - запросто мог поразить неподготовленное воображение. Белый искристый камень перемежался крепким золотистым деревом, внушительность построек легко сочеталась с хрупкой ажурностью. и буквально всюду царил живой древесный запах.
Освещались хоромы не лампами, не свечами, не факелами - кристаллами с мягким желтовато-белым светом. окна, широкие и довольно светлые, закрывала не слюда - стекло. не было узких коридорчиков и непонятных закопченных тупичков - светло и просторно жил здешний властитель.
Девушка держалась позади вампира и удивленно бросала взгляды на убранство дворца. Не раз ей приходилось бывать в домах зажиточных меридианцев и великолепных залах, но все они утопали во тьме ночи, разрушаемой лишь свечами, да и темнота ковров и камня не позволяли думать, что днем станет намного светлее. Здесь же свет, казалось, и ночью будет исходить от белого камня. А главное отличие - тепло. Не физическое, потому что виденные ею здания почти всегда хорошо протапливали. Тут же царило совершенно другое - душевная теплота. Даже человеком она ощущала это, и от этого контраста становилось не по себе. В дополнение к признанию Каина и гайсем непривычное убранство создало внутри огромный воздушный пузырь, который грозился вот-вот лопнуть вместе с ней. Но раз уж она шла за вампиром, выбора пока что не оставалось. Сейчас оставалось только наблюдать и не накручивать собственную тревогу.
Наконец полукровки очутились в каменном тронном чертоге...
Солнце сейчас заливало его почти целиком, его лучи чуть косо падали через крышу, поддерживаемую мощными дубовыми балками и колоннами. Всюду тот же белый камень, оттененный теплым деревом, но вместо кристаллов потрескивает жаркий огонь, напрочь разгоняющий зимний холод. Тут и там висят гербовые штандарты. на каждом полотнище - свой белый зверь. Дракон, медведь, паук, конь, филин, морской змей...
В центре зала в гордом одиночестве полыхал самый настоящий костер, разложенный в широкой каменной чаше, черной от времени и постоянно раскаляющего ее огня. От всего здесь веяло древностью так, словно это место не менялось с тех пор, как его владетель взошел на престол.
Эскорту и гостям пришлось обогнуть гудящее пламя, чтобы предстать перед тем, кто сидел в обьятиях каменных тигриных лап. Усталый, задумчивый, но вовсе не раздраженный
На его одежде почти не было шитья и украшений, разве что, кое-где поблескивал металл пряжек. Густейшая длинная белая грива свободно рассыпалась по плечам и спине, схваченная простым серебряным венцом о четырех зубцах. Правая трехпалая лапа покоилась на эфесе как всегда зловеще оскаленного Похитителя Душ - двуручного черного фламберга с гардой в виде клыкастого черепа - левой он подпер подбородок. И только слепой бы не узрел пусть отдаленного и очень слабого - но все же сходства сиятельного властителя и вампира, мгновенно преклонившего правое колено перед ним. Удивление заставило девушку замешкаться, прежде чем она последовала примеру товарища. Один Каин это серьезно, два - явный перебор.
Вначале их коснулся разум. Древний и, казалось, всесильный и всеведущий, отчего вампиресса слегка вздрогнула и только потом раскатился под сводами голос:
- Надо же, какая прыть образовалась. Раньше ты два часа пререкался, прежде, чем выказать хоть крупицу уважения. Что, от пребывания среди людей умишка прибавилось?
Ума ощутила желание зарычать, которые, помятуя о прикосновении, постаралась быстренько запихать куда-нибудь подальше. Каким бы подонком Каин не был в Меридиане, но его властность и царственность все равно невозможно было игнорировать. Другой вопрос что в то время ее семье это было не на пользу. Но теперь, когда с коленнопреклонным вампиром так говорили, она ощутила себя оскорбленной. За Каина.
- А я бы ему еще по шее дал...
- Рей! Хватит. Для начала он получил вполне достаточно.
Глаза вампира впервые полыхнули, и два взгляда снова высекли искры.
- А я бы посмотрел на тебя там, князь. Тебе не грозило бы ничего, кроме клетки и участи подопытной кошки!
Желание вампирессы заступиться за сородича расстаяло так же внезапно, как и появилось. Нет, эти двое определенно друг друга прекрасно знали, и у них свои, совершенно особенные отношения, в которых они сами разберутся. Теперь она с интересом наблюдала за перепалкой.
Черные когти резко клацнули по рукояти меча.
- Зубы показываешь спиленные, вампир? Я бы еще понял справедливость возмущения, если бы ты повел себя сообразно возрасту и опыту и сумел выкрутиться из дерьма. Вместо этого вытаскивать тебя и твою подругу пришлось мне
- Спасибо, - подала голос девушка, чтобы попытаться отвлечь внимание на себя.
- О тебе отдельный разговор, дитя, - ласковое ментальное касание ветерком прошлось по ее сознанию, - чуть позже.
Вместо успокоения вампиресса только сильнее занервничала. Она не верила в этакое доброе отношение за просто так. Особенно после того, как некоторое время проживешь бок о бок с Маркусом. А еще больше ей не нравилось, что отчитывают Каина, как пятилетнего птенца. Она бы на его месте наверняка повела б себя не лучше. Да и вообще она не любила, когда кому-то доставалось.
- Ты пытаешься занять мое место. Ты пытаешься стать мной. Пока даже с натяжкой не похоже.
- А что сделал бы ты? - Каин счел, что почтения довольно и встал, выпрямившись во весь рост.Ума тоже медленно поднялась, неодобрительно глядя на Каина.
На миг мелькнули клыки и тут же пропали.
- Прежде всего, я не трепался бы о кошках и военном прошлом столь усердно, особенно перед допросником. Неужели так трудно сложить два и два?
- Я всего лишь пытался изобразить правдоподобное прикрытие вампирам...
- Изобразил? Спецагент два и два сложил куда лучше тебя! И отнюдь не в вашу пользу! - химер хмыкнул и криво усмехнулся. - Языки бы вам обоим оторвать, а то длинные непомерно. Ты думаешь, какого хильден рыжего я угробил кучу времени и сил на проекцию этого злосчастного кота? Чтобы тебе, идиоту, в случае чего, помощь была, а вы одним-единственным разговором послали все тому же хильден под хвост!
Он не повышал голоса, но даже тихие и спокойные слова хлестали не хуже плетей. Ума не изволила даже покраснеть, просто рассматривала владыку. В данный момент обстановка боевая, распустить клубок собственных нервов можно будет и потом. На какой-нибудь случайно попавшейся стенке.
- А что слова? - спросил Каин, сохраняя такое же спокойствие с виду. на самом деле, оно было куда более ломким, нежели глубинное владычье.
- Припомни-ка, о чем вы там болтали, голубки, когда решили замаскироваться от подслушивания? - улыбнулся тот. И на сей раз улыбка его была ласковой до жути. Во все клыки. - Часа вашего разговора вполне хватит тамошним шифровальщикам, чтобы восстановить примерную структуру языка. Чтобы определить сектор пространства распространения диалекта. Чтобы по десятку косвенных признаков вычислить примерное расположение Хэйвы, в конце концов. А их временной поток синхронен в данном случае, не с твоим а с нашим. А теперь скажи мне... - химер встал, перехватывая меч, - каким образом мне тебя убить? Мгновенно или колесованием?
Напряглись стражники. Распахнул крылья Рей. Ума в наглую глазела на потолок. Красивый, резной.

@темы: Хэйва